Санский особняк


Hôtel de Sens

метро № 7 остановка Pont-Marie, налево от реки сад особняка и вдоль по улице Hôtel de ville.

Особняк Санских архиепископов это один из немногих средневековых гражданских памятников, который неплохо сохранился, хотя и «слишком зареставрирован» в XIX веке. Здание сильно выделяется из окружающей застройки. Какие разные люди в нем жили, от набожных служителей церкви, любвеобильной королевы Марго и до обычных парижан позапрошлого века. В 1961 году библиотека Форне переехала в стены особняка, где и находится сейчас. Попробуем посмотреть, как развивался во времени и пространстве этот памятник, который является настоящей жемчужиной старого Парижа.

Пока Париж не был отдельной епархией, архиепископы наезжали сюда ненадолго, но часто. Они были личными советниками королей Франции. Центр архиепархии находился в Сансе практически с самого начала христианизации французских земель. В 1296 году архиепископы купили особняк, оказавшийся потом включенным в ансамбль королевского дворца Сан-Поль неподалеку. Карл V подарил им взамен дом Жана д’Эстомениль. Девятый по счету епископ Тристан де Салазар был поклонником искусства и не мог смириться с жизнью в обветшалом доме. В 1475 году он снес старое здание и возвел себе великолепную резиденцию, которая и сохранилась до наших дней. Сам он не увидел здание законченным, так как умер раньше. Особняк несет в себе смесь готических черт, смешанных с французским ренессансом (он сильно отличается от итальянского). В этом он схож с музеем Клюни, да и построен в то же время. Хотя особняк находился внутри крепостных стен, по углам он имел и сохранил сейчас башенки – удобные наблюдательные пункты.

В 1528 году именно в этом особняке съезд епископов осудил Лютера и его учение, хотя это не остановило развитие протестантской религии.

В 1605 году Генрих IV попросил тогдашнего епископа Рено де Бона сдать ему особняк, чтобы поселить в нем свою бывшую супругу Маргариту Валуа. Де Бон был знаменитый человек, он служил шести королям и двум династиям: от Франциска I и до Генриха IV. Что касается самой королевы: она слыла красавицей и умницей, но это было давно. В 1605 году ей было пятьдесят два года, она облысела, растолстела и пострашнела. Несмотря на это поклонников у нее было предостаточно. Марго коллекционировала пряди волос своих любовников, делая из них парики, чтобы заодно скрыть свою лысину. Она же начала наносить толстый слой пудры, чтобы замазать морщины. Этот «вирус» передался другим модницам, не желающим мириться с возрастом. Про экстравагантную личную жизнь Марго ходили легенды и анекдоты. Сам бывший супруг Генрих советовал ей «не путать ночь с днем и день с ночью». Прямо напротив ворот особняка росло роскошное фиговое дерево. Оно мешало карете Марго маневрировать и было срублено. Фига исчезла, а название улицы пережило всех. Сейчас вдоль всей улицы и в скверике полно фиг. Проживание королевы Марго в отеле было совсем недолгим, чуть больше года, и закончилось кровавой сценой. Один из любовников был убит другим, когда сама она возвращалась из церкви. Виновник лишился головы, само собой, но Марго не смогла больше жить в особняке. Сам вид дома постоянно напоминал ей о трагедии. Она построила себе дворец на том месте, где теперь стоит колледж четырех наций Мазарини, напротив Лувра, там она и закончила свою жизнь.

После такой знаменитой обитательницы особняк сдавался в наем до самой революции. С 1624 до 1628 года отель использовался как место для общественных собраний. Затем он сдавался частным высокопоставленным лицам. В1689 году в нем находилась каретная контора «междугороднего сообщения», но без права перестраивать помещения, оставляя их пригодными для жилья. В начале XVIII века здание было уже ветхим. В середине этого же века, после ухода дилижансов в другое место, помещения начали разделять на более мелкие квартиры, а в подвале обосновался винный погребок. В революцию, как известно, церковь была признана вне закона. Особняк был реквизирован, но так как он уже был занят обычными постояльцами без родословных и титулов, ничего особенного в его судьбе не произошло и здание избежало участи многих других, погибших в водовороте революций. Если бы архиепископы продолжали жить в особняке, его бы постоянно переделывали, чтобы угодить моде и вкусам каждой эпохи, а так, благодаря сдаче в наем помещений, никаких серьезных перестроек не было и здание сохранилось в своем более или менее первоначальном виде.

С 1810 года в доброй части особняка устроилась транспортная фирма Галуа, где можно было поменять лошадей и даже переночевать. Оставшиеся помещения продолжали сдаваться разношерстной публике. Комнаты с окнами или без, с камином или без. Как в любом крупном городе главной проблемой является жилищный вопрос. В здании жили и работали барахольщики, писатели, шляпники, архитектор, прачки, фабрикант геодезических инструментов и даже изготовитель варений. В самом конце XIX века в особняке размещался заводик по производству продовольственных консерв. И это еще не полный список.

В 1836 году вдова Галуа продала свою часть помещений некоему негоцианту Леруа. Его потомки продали особняк городу в 1911 году. На этот момент в особняке, кроме 70 постояльцев было два магазинчика, стеклодувная мастерская и небольшая синагога. С 1911 года в жизни отеля началась другая эпоха.

Настало время рассказать собственно об архитектуре особняка де Санс. Планов и внешнего вида времен строительства не сохранилось. Первое изображение относится к XVIII веку. Это рисунок с высоты птичьего полета. В это время здание было уже старым и потрепанным. Тем не менее его основные черты мало изменились.

С перекрестка улиц находится центральный вход как для карет, так и для пешеходов. Что было интересного над воротами, там в пустом тимпане? В нем находился барельеф, изображающий три герба. Наверху был герб с тремя лилиями — королевский герб, окруженный шлемом и символикой святого Михаила. Чуть ниже слева находился герб санской архиепархии. На нем были изображены четыре епископских посоха. Из-за щита, который держат два ангела выглядывает крест, увенчанный епископской тиарой. Третий герб справа был личным гербом Тристана де Салазара. Его изображение сохранилось на окнах на крыше.

Конечно во время революции все геральдические знаки на портале были уничтожены. Надо сказать, что некий Амейон, которому Ассамблея поручила проследить, чтобы сохранить кое-какое наследие, попытался воспрепятствовать уничтожению этих барельефов. Он мотивировал свой протест тем, что этим изображениям более 300 лет и они принадлежат не современности, а истории нации. Его попытка, как можно констатировать, не увенчалась успехом и вся геральдика была сбита. Рядом с воротами находится калитка, ее тимпан также был украшен. Войдя под свод, поднимите голову. Это типичный и скромный готический свод, только в церкви он находится слишком высоко, чтобы видеть детали.

Через ворота попадаем в треугольный в плане двор. Домашняя часовня выделялась посередине замыкающего фасада прямо напротив ворот. Она исчезла, остался след в виде полностью замурованного участка между двумя окнами внизу, а также заложенной стрельчатой арки на этаже. А вот башенка в углу сохранилась. В ней находится винтовая лестница, типичный вариант для средних веков и раннего возрождения.

двор. На фасаде видны следы от часовни

В XIX веке двор был полностью перекрыт, для чего в стены были вмонтированы несущие балки. На момент инвентаризации 1790 года было отмечено, что помещения на этажах поделены на более чем 15 квартир, сад в запущенном состоянии. Через несколько лет жильцы предприняли попытки засадить сад фруктовыми деревьями, все партеры (узоры из мелкого зеленого кустарника) были уничтожены.

Фасад особняка со стороны сада

Сколько издевались над зданием, можно найти в архивах. Но очень знаменитые люди выступали в защиту памятника. Он уже в 1865 году он был занесен в списки памятников культурного наследия. В 1842 году Виктор Гюго, в 1847 организация «Друзей парижских монументов», в 1887 Шарль Гарнье (автор Оперы и председатель вышеуказанной организации) протестовали против деградации здания. Все эти ходатайства и протесты привели к покупке памятника муниципалитетом в 1911 году. Тем не менее на этом его мучения не закончились. В нем был пожар, а в 1914 году по адресу числился склад угля.

В 1916 году один журнал описывал так состояние отеля: двери современной конструкции, что чрезвычайно вредит общему облику; согласно постановлению, застекленный двор был демонтирован; на месте часовни находится фреска; крыши были покрыты в гармонии со старыми изображениями. Тем не менее в связи с жилищным кризисом, квартиры все еще сдавались. В 1927 году один из потолков обвалился, ранив пятерых жильцов. Только этот инцидент заставил полностью эвакуировать особняк. В него завезли часть городских архивов и стали размышлять, что делать дальше. По подсчетам на реставрацию должно было уйти более 3 миллионов франков, в начале работ сумма увеличилась до 8. Пришла война, а после нужно было уже спасать то немногое, что удалось сделать до войны. Сад был восстановлен в 1955-1957 года в стиле итальянского ренессанса по образу садов XVI века. В конце концов 20 июня 1957 года реставрация была закончена и памятник сдан в эксплуатацию. Уф… Вся «багатель», как говорят французы, обошлась уже не в 3, а в 94 миллиона франков и длилась 30 лет.

Когда солнце освещает окна, хорошо видна структура мелких стекол, на манер пчелиных сот. В то время остекление могли себе позволить только очень богатые люди. Прокатного стекла, понятное дело, не существовало. Выдувались шары или цилиндры, которые затем резались на более мелкие куски. Каждый кусок имел, соответственно, легкую выпуклость, но вмонтированные в свинцовую оправу, бочок к бочку, они давали плоскую поверхность окна. Техника та же, как всем известные витражи в церквях. Еще на одну деталь хочется обратить внимание – на решетки на окнах. Посмотрите, каким образом решено перекрещивание прутьев. Свинцовая проволока сплетает их и закручивается в милую розочку. Казалось бы мелочь, но какая любовь к детали.

Когда вы стоите напротив ворот, но на другой стороне перекрестка, поднимите глаза на угловую башенку. На стене рядом с ней вы увидите круглую черную выпуклость. Во время боев в течении «Трех Славных» в июле 1830 года (революция, свергнувшая Карла X) шальное ядро влепилось в стену, да так там и осталось. Там и дата выбита на память.

инкрустированное в стене ядро

С 7 апреля 1961 года в санском особняке расположена библиотека Форне, специализирующаяся на изящных искусствах, индустриальной технике, связанной с искусством и архитектурой. Самюэль – Эме Форне был парижским промышленником. Он завещал городу сумму в двести тысяч франков для обучения юных умельцев. В 1883 году муниципалитет создал библиотеку, чтобы студенты могли читать на месте, изучать макеты или даже брать книги на дом. Успех библиотеки был таким, что школьный этаж, где хранились документы, оказался недостаточным и отель де Санс оказался идеальным местом для размещения всей документации и читальных залов.

санский особняк ночью

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *