Институт Франции — Institut de France

Институт Франции
Institut de France, N° 23 quai de Conti.

Линия метро 1, станция Louvre-Rivoli, пройти вдоль Колоннады Лувра и пересечь Сену по пешеходному мосту (pont des Arts).

Линии метро 4 и 10, станция Odéon, пройти по всей улице Mazarine до Сены.

Линия метро 4, станция St. Germain-des-Près, спуститься до Сены по ул. Bonaparte.

Линия метро 10, станция Mabillon, по ул De Buсi дойти до ул. De la Seine и пройти до Сены.

Институт Франции находится в очень красивом месте. Прямо от полукруглой площади через Сену перекинут мост искусств (Le pont des Arts) или как его многие называют мост влюбленных. Напротив Института раскинулся Лувр, а по правую сторону — Новый мост, что связывает оба берега и остров.

6 марта 1661 года незадолго до смерти кардинал Мазарини завещал построить Колледж четырех наций и детально расписал его организацию. В подражание Ришелье, могила которого находится в часовне Сорбонны, он завещал, чтобы его останки покоились в этом колледже. 60 студентов из 4 провинций, присоединенных к территории Франции во время его правления, должны были обучаться бесплатно. Чтобы каждый светлый ум мог послужить отечеству, невзирая на финансовое положение семьи. Речь велась о семьях благородных, но обедневших. О крестьянских детях речи не велось в то время. Мазарини оставил четыре миллиона ливр на строительство и 67 тысяч ливр ежегодно на функционирование и стипендии. В декабре того же года Кольбер предложил место напротив Лувра на месте Нельской башни, на самой границе города в то время.
Проект был одобрен Людовиком XIV. Здание колледжа было построено в 1662-1667 годах архитектором Луи Лё Во. Оформление интерьера а также завершение купола выполнено Франсуа д’Орбэ. Центр занимает часовня, в которой стоит мавзолей Мазарини, хотя само тело в нем никогда не лежало. От часовни здание развивается дугами в сторону реки и заканчивается квадратными флигелями.  Интересна конструкция золоченого купола – она круглая снаружи, но эллиптичная внутри. Крытая колоннада по периметру здания по началу служила для лавочников, тех самых, что сейчас имеют постоянные коробки, закрепленные на парапетах набережных.

Мазарини имел огромную по тем временам библиотеку – 40 тысяч томов. Эта библиотека, а также часть королевской были перенесены в новое здание  и открыты для публики два раза в неделю. Сейчас количество томов доходит до полумиллиона как печатных так и рукописных. Надо сказать в заслугу Мазарини, что его библиотека стала первой публичной во Франции. Колледж был открыт в 1688 г и работал как учебное заведение до 1791 года. Для связи с историей: в 1791 году во Франции была принята конституция, а семья короля Людовика XVI была арестована.

В 1805 году указом Наполеона здание перешло Институту Франции, объединив под своей крышей все существовавшие уже тогда 5 академий. Интерьеры колледжа были переделаны под нужды Института архитектором Антуаном Водуайе. В частности, часовня была трансформирована в праздничный амфитеатр, мавзолей Мазарини там так и стоит. До 1805 года Академии располагались в Лувре, по соседству с художниками, скульпторами и печатниками. Постепенно к первоначальному корпусу были добавлены новые пристройки с залами для текучих заседаний и рабочие кабинеты. Если посмотреть на план Института, то можно сразу заметить, какие здания появились позже. В XVII веке архитектора просто не могла посетить мысль построить нечто несимметричное в плане или на фасаде, таковы были архитектурные принципы.

Сегодня в Институте Франции размещается Французская Академия, Академия литературы, Академия наук, Академия изящных искусств, Академия политических и нравственных наук. Французская Академия самая старая, она была создана в 1635 году кардиналом Ришелье для объединения и развития французского языка для всех. Как в любой многонациональной стране, во Франции существовали и сейчас существуют разные наречия и языки, не всегда понятные для уроженца другой местности (бретонский, овернский, беарнский и другие).  По-французски это называется patois, хотя это слово несколько неуважительно к местным языкам. Во время революции слово академия было не в чести, слишком оно пахло старым режимом и аристократией. Поэтому и назвали Институтом. В самом здании колледжа была тюрьма во время Террора, потом другие учебные заведения и только в 1805 году Институт.

В Академиях ограниченное количество кресел, то есть мест.  Новый академик выбирается только тогда, когда одно из кресел освобождается. Исключение составляет Академия наук. Когда ученый достигает 80 лет, он становится почетным членом со всеми правами, а на его место выбирается новый. Необязательно быть французом, чтобы быть избранным в Академию. В кресле отказывали несколько раз Лафонтэну, Бальзаку, Дюма, Золя. Некоторые сами отказывались, такие как Декарт, Паскаль, Дидро, Мальро и де Голь. Академиков еще называют «бессмертными» immortels. Наполеон Бонапарт тоже был членом академии, когда был консулом. Именно поэтому он всю жизнь принимал активное участие в судьбе Института. Во время египетской военной компании он создал выездную ученую группу, благодаря которой осталось подробное описание всех находок. Именно с этого времени сабля стала обязательным атрибутом униформы. Академики носят черные мундиры с вышитыми зеленым и желтым лавровыми ветвями. Так как академики были не совсем государственными чиновниками, поэтому золото и серебро в вышивке отсутствуют.  К мундиру должна быть приложена сабля, впоследствии замененная тростью. Сабля дарится новому члену во время торжественной церемонии. Униформа существует со времен консулата (конец XVIII века). Сейчас в Академию принимают и женщин. Женщина-академик не обязана носить саблю или трость и ее костюм, конечно, немного изменен, но узнаваем. За время существования института его «бессмертными»  стали более 700 заслуженных умов Франции, которых знают и в России: Мольер, Вольтер, Расин, Лафонтен, Гюго, Пастер, Мирабо, Шарль Перро, Дюма-сын, Моруа, Кокто, Кусто, Дрюон и другие.

7 октября 1896 года Император Николай II с императрицей Александрой были почетными гостями на заседании Академии. Во время этого визита во Францию императорская пара заложила первый камень моста Александра III.

Базилика Сакре Кёр / Basilique Sacre-Cœur

Несмотря на то что сама базилика построена относительно недавно, всего 100 лет назад, история места уходит глубоко в века и глубоко вглубь самой горы. Начнем с того, что гора Монмартр это самое высокое место в городе – 126 метров. Сама гора сложена из знаменитого парижского гипса, который добывался издавна, она изрыта изнутри как швейцарский сыр. Еще до прихода римлян возвышенность использовалась для культовых действий, в ней найдены захоронения. Чтобы добраться до белоснежной базилики, украшающей самую высокую точку города, нужно разобраться, каким образом это место заслужило такое внимание.

Базилика Сакре Кёр Basilique Sacre-Cœur

Базилика Сакре Кёр / Basilique Sacre-Cœur

Что касается названия горы, есть три версии. Две относятся к римскому времени. «Monte Mercore», от храма, посвященного культу Меркурия и «Mons Martis» для культа Марса. Третья версия относится уже к христианскому периоду. Рим послал трех миссионеров в 250 году, чтобы обратить в веру народы, живущие в Галлии. Но в Лютеции, так Париж тогда назывался, их схватили, хотели заставить отречься от новой на тот момент веры, но ничего не добились. Казнь должна была произойти на языческом святилище, то есть на «Monte Mercore». У Дионисия была отрублена голова. Он встал, взял свою голову, отмыл ее от крови в источнике и пошел далее на север. Там, где он упал, впоследствии поставили базилику Сан-Дени (усыпальница французских королей) и вокруг вырос одноименный город. А на месте казни возникло аббатство. Сама гора названа «Mons Martyrum», упрощенно Монмартр. Вот такая легенда, а что было на самом деле, кто его знает? Были найдены захоронения времен меровингов, первой королевской династии, которые церковь признала могилами святых, чтобы поднять популярность и посещаемость.

В VI веке на вершине горы появился хутор с часовней и кладбищем. В 1096 году гора стала зависимой от городского монастыря св. Мартина, а через сорок лет отделилась в самостоятельное аббатство при поддержке королевы Аделаиды Савойской. Оно страдало и во время столетней войны и во время Лиги. Генрих IV любил это место. Как любая возвышенность, открытая всем ветрам, гора была покрыта ветряными мельницами, одна из них до сих пор стоит (moulin de le Galette). На самой верхушке стояла церковь святого Петра. Она стоит там до сих пор, но современная базилика Сакре Кëр затмевает ее своим великолепием. В этой церкви стоят колонны, взятые из упомянутых ранее римских храмов, что делает ее самой старой из всех церквей. Церковь святого Петра была освящена 21 апреля 1147 года в присутствии очень значимых персон – королевы Аделаиды и ее сына Людовика VI (прозванного Толстым), Папы Евгения III, святого Бернара (основателя одноименного монашеского ордена) и аббата Клюни. За время столетней войны количество монашек уменьшилось до 6. Говорят, что Жанна д’Арк во время осады Парижа часто приходила молиться в монастырь. В 1429 году ее войска стояли в местечке Ля Шапель, долина между горой Монмартр и горой Шомон (Лысая гора, где сейчас разбит парк Buttes Chaumont). В 1439 году, когда зимой голодные волки заполонили все окрестности в поисках еды, монастырь полностью опустел. Несмотря на существование в следующие века, монастырь никогда больше не имел какого-либо веса в религиозной жизни. Революция и запрет на религию положили всему конец.

В 1814 году русские войска вошли в Париж именно со стороны Монмартра. В то время город заканчивался там, где проходит наземная линия метро № 2 у самого подножия горы. На площади Клиши стоит памятник защитникам города. Но это уже другая история. Через год уже английские войска были расквартированы на горе. Но самые кровавые воспоминания связаны с революцией 1848 и комунной 1871 года. В карьерах, которыми изрыта гора под современной базиликой скрывались восставшие в 1848 году и здесь были настоящие бои.

Вот и подошло время строительства базилики. Республика, военное поражение, Коммуна, казнь парижского епископа, осада Ватикана итальянскими революционерами, все это полностью подавило народ, в душе глубоко католический. Возродились паломничества и мольбы спасти Рим и Францию во имя Святого Сердца (Sacrе Cœur). Лион первым дал обет построить храм, Париж последовал примеру Лиона. Весной 1871 года, когда Коммуна была потоплена в крови, движение вылилось в «Национальный обет Святого Сердца Исуса». Новый епископ Парижа монсеньор Гиберт выбрал вершину Монмартра, место, на котором зародилось христианство в Париже, место, где пролилась кровь первого галльского апостола. В 1873 году Ассамблея приняла закон о строительстве памятника жертвам франко-прусской войны и кровавой недели Парижской коммуны. Первый камень был заложен 16 июня 1875 года. Первую службу провели в 1891 году, как только интерьер был закончен. Купол был закончен в 1899, а полностью работы завершились только в 1919 году (страна была, как и вся Европа, втянута в первую мировую войну). Финансировалось строительство на пожертвования, без ограничения сумм – давали, кто сколько мог. За полвека было собрано 46 миллионов франков.

Церковь, конечно великолепна, но не зная, что находится под ней, трудно оценить весь масштаб усилий. Я уже упоминала, что гора была изрыта карьерами, она не могла выдержать такую конструкцию. Рабочим пришлось пробивать всю гору насквозь до плотных и крепких каменных слоев, до уровня основания горы. В общей сложности было пробито множество колодцев согласно планам здания глубиной 38 метров. Колодцы были заполнены цементом и на них уже поставлены несущие конструкции собственно храма. Само здание можно отнести к нео-римско-византийскому стилю. Для Парижа это необычно, но эффект поразительный. Белый камень, который использовался при строительстве обладает удивительным свойством самоочищения при дожде. Все бы ничего, но катастрофичесий уровень загазованности не мог быть учтен в конце XIX века, и сейчас фасады приходится периодически чистить. Первый архитектор Поль Абади не увидел свое творение законченным. После него работы возглавил Оноре Доме, а затем Шарль Лэне. Внутри, опять-таки непривычно для француза, все стены и купол выстланы мозаикой на евангельские темы. Как и подобает византийскому стилю, в плане прочитывается греческий равный крест. Сама церковь поднимается на высоту 83 метра и еще несколько метров башенка в зените.

Колокольня находится отдельно от основного здания и на ней находится еще один шедевр – колокол Савоярд. Это самый большой колокол, когда-либо отлитый во Франции. В то время он был самым большим в мире. Его отлили в городе Аннеси (столица департамента От-Савуа, ну или Верхняя Савойя, если перевести) в 1895 году. Его диаметр 3 метра, а вес без малого 19 тонн. Только язык этого колокола весит 1200 кг. Его появление в Париже вызвало целую процессию, каждый хотел посмотреть на него до того, как его поднимут на недосягаемую высоту. Еще бы, каждый житель отдал часть заработка, чтобы появилось это чудо.

Слева от церкви можно спуститься в крипты или подняться наверх, и увидеть Париж с еще большей высоты.

У подножия церкви вниз по склону расстилается сквер, названный именем Луизы Мишель, бунтарки и коммунарки, с оружием в руках отстаивавшей Парижскую Комунну наравне с мужчинами. Сквер разбили гораздо позже, чем построили церковь, в 1927 году. Автором проекта 1880 года был Альфанд, который фигурирует еще в Османовскую эпоху. Но его проект был сильно изменен, так как склон был нестабилен и всегда где-то что-то проваливалось. Заканчивал работы Формиже (еще одно знаменитое имя). Его таланту принадлежат теплицы у булонского леса, являющиеся памятником архитектуры и истории. Хожу туда каждый год и всем, кого интересуют растения, рекомендую. Говорят, что центральная лестница сквера насчитывает 222 ступени и нужно подумать, хватит ли вам здоровья, прежде чем атаковать склон. Можно подняться по тропинкам, которые, извиваясь, медленно, но уверенно приведут вас наверх. Для самых ленивых есть с левой стороны забавный подъемник – фуникулёр, у него всегда очередь, так что искать и спрашивать не придется. Здесь можно увидесь мощные деревья со всех стран света – индийский каштан 3,5 метра в обхвате, кавказский орех еще толще, американскую акацию с длиннющими, закрученными бобами, магнолию, араукарию, гранат, а также фиги и гингко. Есть также два примечательных дерева, так называемые маклюры оранжевые. На стволе выделяется яркого цвета сок, которым индейцы сиу раскрашивали себе лица. Кроме этого у него смешные плоды , похожие на зеленые апельсины, но все в бугорках. Наверху вас ожидает фонтан, выполненный в 1932 году, посвященный морским божествам. С открытия и до закрытия сквер полон туристов и местных жителей, ведь есть, чем полюбоваться, погреться на солнышке или потренировать свои легкие. Кроме этого нарисоваться у художника, оплести запястье браслетиком, послушать музыку, поесть мороженного и много еще чего…

(Линия метро № 2 остановка Anvers и прямо вверх; Линия метро № 12 остановка Abbesses, вдоль по улице налево от выхода из метро)

На карте: Базилика Сакре Кёр / Basilique Sacre-Cœur

На карте: Базилика Сакре Кёр / Basilique Sacre-Cœur

История о кровожадных брадобрее и булочнике с улицы Шануанесс (Мармузэ)

Жили-были… Так начинаются сказки. Эта сказочка не рекомендуется для прочтения детям на ночь. Итак…

Жили были два приятеля на улице Шануанесс на острове Сите. Один был брадобрей, другой булочник. Булочник славился на всю округу своими паштетами и пирогами. Брадобрей правил усы и бороды, стриг волосы как постоянным, так и случайно забредшим клиентам. Жизнь протекала тихо и спокойно.

Но вот однажды соседи потеряли сон. Какая-то собака на протяжении нескольких дней гавкала и выла без отдыха возле двери брадобрея. Почему? Пришиби кто-нибудь псину, и жизнь пошла-бы своим чередом. Так нет, кто-то задал себе вопрос, почему собака не уходит и решил найти ответ. И тут всплыло такое…

Всеми уважаемый брадобрей мирно обслуживал жителей квартала, болтал, как обычно, слушал, знал подробности личной жизни каждого. В наше время в парикмахерской происходит тоже самое, не правда ли, дамочки? Незнакомые люди также ведали ему некоторые подробности: где живут, откуда они, чем занимаются и с кем знаются. В квартале ходило много студентов из разных земель и стран. Когда попадался одинокий человек, которого никто  не хватится, брадобрей, вооруженный острейшей бритвой, нечаянным жестом вскрывал клиенту сонную артерию и скидывал жертву через находящийся рядом люк в свой подвал. Подвалы друзей были по соседству. Внизу расторопный булочник разделывал небритую жертву на фарш, начинял пироги и варил изумительные паштеты. Любители пирогов в свою очередь покупали деликатесы и ели их, нахваливая мастера.

улице Шануанесс на острове Сите

улице Шануанесс на острове Сите

В этот день бедный немецкий студент, оставив своего четвероногого друга у дверей, вошел в парикмахерскую и … не вышел из нее. Верный пес остался ждать, не дождался и начал звать хозяина, переполошив таким образом всю округу. Можно только догадываться, какая паника охватила город, когда открылась правда, ведь паштеты  были нарасхват. В конце концов, сами негодяи были сожжены живьем вместе со своими домами на месте преступлений. Таким образом на лице города не осталось ничего, что напоминало бы об этой истории, только в памяти. Но кое-что осталось, если поискать.

Вернемся к исторической ситуации, на фоне которой были совершены эти убийства. 1387 год. Время Карла Безумного, который правил с 1380 по 1422. Относительно мирное время, если не считать, что недавно началась столетняя война. Но как известно, любые враги устают драться и делают передышку по нескольку лет. Время было относительно неголодное, никто не ел кошек и собак, тем более людей. Война напрямую еще не коснулась Парижа, а шла где-то далеко. Поговаривали, что несколько человек умерли от осознания того, что они долгое время ели, а точнее, предпочитали человечину на своих столах.

Улица Шануанесс существует и сейчас. Квартал, что прилегает к северному фасаду собора Парижской Богоматери пересекает, слегка изгибаясь длинная и узкая улица. В средние века она продолжалась далее за пределы современной улицы Арколь, через квартал, занимаемый сейчас новым госпителем Отель-Дье. Приблизительно на изгибе улицы вы найдете место, где стояли дома злодеев. Там сейчас государственное учреждение под флагом-триколором. Говорят, что в подвале этого здания сохранилась старая каменная кладка, на которой разделывались трупы. А сама кладка — это участок первой крепостной стены еще римских времен. Заплатами в этих стенах (в начале средних веков) стали старые могильные плиты, камни из терм и форума, которые к тому времени были уже руинами. Некоторые размещают события как раз на тот участок улицы, что исчез под госпиталем. Улица называлась Мармузэ.

Может быть…, теперь настоящее местоположение уже не так важно, разница в каких-то 200 метров. Важно, что у нас до сих пор мурашки по спине пробегают от этой истории.

Ресторан Au Lapin agile (у шустрого кролика)

22 rue des Saules: Метро линия 12 остановка Lamarck-Caulaincourt или пешком от соборного комплекса влево и вниз.

Скромный домик, кроме окраски ничем не привлекающий внимание, и тем не менее туристу стоит открыть калитку и зайти внутрь. К слову — входной билет как в знаменитое место или в музей стоит 24 евро, а там по усмотрению.

Au Lapin agile

Au Lapin agile

 

В 1860 году этот ресторанчик назывался «кабаре убийц» «cabaret des assassins », жаркий был квартал, видимо. Танцовщица канкана Адель Десер купила его и переименовала в «мою деревушку». В 1900 году некто Андре Жиль нарисовал вывеску в виде кролика, выпрыгивающего из кастрюли, это и стало названием ресторанчика «кролик Жиля» или «шустрый кролик». На французском это игра слов. Прилагательное agile означает шустрый, проворный, а принадлежность Жилю à Gill. Ну а произношение идентичное. Блюдо из кролика, приготовленное хозяином, было постоянным в меню.

В 1903 году дом был выкуплен Аристидом Брюаном и Фредериком Жераром и до самой первой мировой войны ресторанчик был пристанищем монмартской богемы. Его завсегдатаями были Ренуар, Ван Гог, Клемансо и сам Брюан. И тех и до сих пор в нем бывают знаменитости, все-таки это Монмартр.

Au Lapin agile

Au Lapin agile

До сегодняшнего дня заведение работает под руководством потомков Жерара. На прокопченых стенах висят рисунки, гравюры и портреты того времени, написанные знаменитыми теперь на весь мир художниками.

А вот подлинная история, связанная с кабаре « Шустрый кролик». Фредерик Жерар имел ослика по кличке Лоло. В начале века появилось новое течение в живописи, так называемый «авангард», над которым все подшучивали. Шутников артистической среде не занимать, и вот один из них, Ролан Доржелес, поставил холст позади осла, привязал к хвосту кисточку, обмакнул в одну краску, через некоторое время в другую… Так родилась картина, в которой можно было угадать нечто. Это теперь мы не удивляемся живописи гориллы, слона или улиток, а тогда это был «беспрецедентный случай». В 1910 году творение Лоло под названием «Закат на Адриатическом море» выставили на «Салоне Независимых» в зале юмористических произведений. Автором творения указан был некий генуэзец Боронали. Кто такой? Можно прочитать это имя как Алиборон. Опять вопрос – кто такой? А это просто осел, в переносном смысле – глупец, дурак, думающий о себе, как о специалисте во всех сферах. Полотно было продано за 400 франков, между прочим.

Вы можете посмотреть несколько видео (не моих, разумеется) снятых в этом ресторанчике. В одном из них читается рассказ (по-французски, конечно) именно об этой истории. Из него становится ясным, что бедный ослик-художник не выдержал с одной стороны свалившейся на него славы, с другой стороны скандала, ведь люди захватили искусство в свои руки и не дают животным высказать свою точку зрения. Он утонул, со слов Ролана Доржелес, это был суицид.

Ресторанчик находится прямо у подножия единственного виноградника в Париже. С собранного там винограда в подвалах мэрии XVIII округа делают вино. Продается оно на аукционах и выручка идет в муниципалитет. Так что любители вина могут облизнуться. Когда-то все склоны вокруг Парижа были покрыты виноградниками. Этот виноградник стоит на северном склоне, хотя обычно нужно садить на солнце. Этот участок был отвоеван у застройщиков, чтобы продлить винодельческие традиции, ну и между делом туристов привлечь. Местные парижские вина обладали легкими мочегонными свойствами и даже пелись куплеты по этому поводу: «Это вино Монмартра. Зальешь пинту – отольешь четыре…» конечно рифмованные. Я не обладаю поэтическим талантом, поэтому даже не буду пробовать переводить, тем более юмор.

виноградник на Монмартре

Спуск к кабаре

Вот мы и на месте!

Мост Менял — Pont au Change

Мост Менял
Pont au Change
Остановка Châtelet, линии № 4, 11, 14, остановка Cité, линия № 4.
Остановка Châtelet, скоростные линии RER A, B, D

Мост Менял Pont au Change

Мост Менял
Pont au Change


История, связанная с мостом Менял очень запутанная, как в именах, которыми он назывался, так и в местоположении. И необходимо правильно проследить этап за этапом его биографию, чтобы больше не теряться. Современный мост соединяет Дворец Правосудия ( Palais de Justice) и площадь Шатле (Châtelet).

Первый мост построен во второй половине X века при Карле Лысом. Именно он стоял перпендикулярно к берегу. В то время его называли Большим. Не стоит путать этот мост с тем, который теперь называется «Нотр-Дам», он тоже назывался «Большим» тогда, когда кроме него и «Малого» других мостов не существовало. Первый мост находился слегка ниже по течению, он был очень неудобен. Существуют разные версии возникновения мельничного моста. Одни говорят, что он был построен как одно целое сооружение. По другой версии (она подтверждается в летописных свидетельтвах, то есть более правдива) мост надстраивался постепенно. Один мельник построил арку с мельницей внизу и домишком сверху, затем другой пристроился сбоку и так далее, пока мост не коснулся противоположного берега у дворца. Он был низкий, каждую зиму во время наводнений, он подтапливался и по нему опасно было пересекать реку. Одновременно он перегораживал Сену, как плотина, и воде трудно было пробиться, а судам в это время вообще было нечего делать в черте города. Ко всему прочему, у него была отвратительная репутация, до такой степени, что девушка, прошедшая по мосту мельников, уже не считалась девушкой. Неудивительно, что очень быстро этот мост пришел в негодность.

В 1142 году Людовик VII построил выше по течению немного наискосок по отношению к берегу другой мост. Таким образом к концу XIII века от часовой башни, входящей в состав дворцового комплекса, на материк уходили два моста на манер буквы V– мост Менял был под углом к берегу, а мост Мельничный был, как и полагается, перпендикулярно. Проезд по мосту Н. Дам был таксирован монахами. Поэтому мост Менял и Мельничный быстро стали популярными, несмотря на то, что Мельничный мост был частным владением.

Мельничный мост был узким переходом с водяными мельницами в каждом пролете, кроме одного, через который проходили суда. Он не был предназначен для пешеходов и транспорта. Пролет над одной из арок, где проходили суда, был разводным. Именно под этой аркой принц, ставший потом Карлом V, сел в лодку, которая спасла его от бунта, руководимого Этьеном Марселем. Именно этот бунт охладил любовь монархов к Парижу и в частности к незащищенному дворцу на Сите в пользу Луары. Люди, которые помогли принцу сбежать, поплатились головами. Мельницы, стоявшие в других пролетах, сильно затрудняли судоходство и при наводнениях являлись основной причиной его крушений. Постепенно появился другой тип водяной мельницы. Лодку с колесами по обоим бортам привязывали к опоре и она болталась вниз по течению, не мешая при этом току воды, хотя приплывать и выбирать смолотую таким образом муку было хлопотнее, чем обычно.

На мосту Менял появились дома, в которых обосновались менялы, ювелиры и серебрянных дел мастера, за что мост и был прозван так. В то время различные корпорации ремесленников селились рядом, что порождало целые кварталы, занимающиеся одним ремеслом. Так образовались кварталы мясников вокруг современной башни святого Жака, красильщиков и кожевенников по берегам Бьевры, ювелиров на Сите и многие другие. Одна из набережных Сите носит имя «des Orfèvres», что и означает «ювелиров» В 1280 мосты были унесены наводнением. После того, как зимой 1295-1296 годов все три моста были унесены рекой, Филипп Красивый установил паромы. Доходы за пересечение реки отчасти финансировали восстановление мостов. В 1499 соседний мост Н. Дам обрушился и наши два моста стали основной связью острова и правобережья.

На протяжении последующих веков мосты несколько раз рушились при наводнениях, а именно в 1510, 1566 и 1616 годах. Хозяева, жившие на мосту Менял, не следили за его техническим состоянием до такой степени, что в 1510 году городские власти запретили по нему переходить реку. В конце концов в 1598 году мост мельников провалился, унеся с собой все, что на нем стояло. К 1610 году мост мельников был отстроен но опять в деревянном варианте архитектором Шарлем Маршаном за свои средства при условии прав на получения доходов от сдачи в наем построек. Мост Маршана был построен немного выше по течению и ближе к мосту Менял, что собственно и сыграло роковую роль. В 1621 году при сильнейшем пожаре мосты и мельников и менял сгорели. Вот как описывает это событие один из свидетелей: Пожар начался на мосту Маршана (ранее мельничный) на чердаке от опрокинутой свечи. За час половина моста выгорела, что вызвало панику в близлежащих кварталах. На обоих оконечностях моста была выставлена охрана, чтобы избежать дополнительных жертв. Пламя было таким мощным, что прихватило остроконечную крышу на часовой башне дворца и перекинулось на соседний мост менял, так как они были слишком близко друг к другу. Жители моста Менял, рискуя жизнью, выкидывали свое добро из окон. Представляете, меняла или ювелир это по сущности банкир по тем временам. Очевидец отмечает, что даже ниже уровня воды опоры моста продолжали выгорать. Ко всему прочему несколько домов на берегу все-таки сгорели. Жителям мостов была дана компенсация по шести тысяч ливр и их временно поселили на территории госпиталя Сан-Луи.

Впоследствии отстроили только один мост, как полагается перпендикулярно к течению реки. В ожидании окончательного варианта, мост был в дереве. Этот единственный мост и принял название Менял, так как все лавки, что ранее стояли на другом мосту, перекочевали на новый. Мост был построен в камне архитектором Жаком Андруе дю Серсо (он же автор Нового моста) во время Людовика XIII. И опять на полотне были построены дома.

Современный мост поставлен в 1860 году инженерами Романи и Водрей во время большой перестройки всего города. Его поставили перпендикулярно реке, чтобы напрямую соединить перспективу из Дворцового бульвара, новой площади Шатле и далее бульваров Севастопольского и Страссбургского.
Длина моста составляет 103 и ширина 30 метров. Состоит из 3 эллиптических арок по 32 м пролетом каждая. Он как и мост Св. Михаила, перекинутый на левый берег, украшен каменными балюстрадами и лавровыми венками с вензелями Наполеона III скульптора Каба.