История о кровожадных брадобрее и булочнике с улицы Шануанесс (Мармузэ)

Жили-были… Так начинаются сказки. Эта сказочка не рекомендуется для прочтения детям на ночь. Итак…

Жили были два приятеля на улице Шануанесс на острове Сите. Один был брадобрей, другой булочник. Булочник славился на всю округу своими паштетами и пирогами. Брадобрей правил усы и бороды, стриг волосы как постоянным, так и случайно забредшим клиентам. Жизнь протекала тихо и спокойно.

Но вот однажды соседи потеряли сон. Какая-то собака на протяжении нескольких дней гавкала и выла без отдыха возле двери брадобрея. Почему? Пришиби кто-нибудь псину, и жизнь пошла-бы своим чередом. Так нет, кто-то задал себе вопрос, почему собака не уходит и решил найти ответ. И тут всплыло такое…

Всеми уважаемый брадобрей мирно обслуживал жителей квартала, болтал, как обычно, слушал, знал подробности личной жизни каждого. В наше время в парикмахерской происходит тоже самое, не правда ли, дамочки? Незнакомые люди также ведали ему некоторые подробности: где живут, откуда они, чем занимаются и с кем знаются. В квартале ходило много студентов из разных земель и стран. Когда попадался одинокий человек, которого никто  не хватится, брадобрей, вооруженный острейшей бритвой, нечаянным жестом вскрывал клиенту сонную артерию и скидывал жертву через находящийся рядом люк в свой подвал. Подвалы друзей были по соседству. Внизу расторопный булочник разделывал небритую жертву на фарш, начинял пироги и варил изумительные паштеты. Любители пирогов в свою очередь покупали деликатесы и ели их, нахваливая мастера.

улице Шануанесс на острове Сите

улице Шануанесс на острове Сите

В этот день бедный немецкий студент, оставив своего четвероногого друга у дверей, вошел в парикмахерскую и … не вышел из нее. Верный пес остался ждать, не дождался и начал звать хозяина, переполошив таким образом всю округу. Можно только догадываться, какая паника охватила город, когда открылась правда, ведь паштеты  были нарасхват. В конце концов, сами негодяи были сожжены живьем вместе со своими домами на месте преступлений. Таким образом на лице города не осталось ничего, что напоминало бы об этой истории, только в памяти. Но кое-что осталось, если поискать.

Вернемся к исторической ситуации, на фоне которой были совершены эти убийства. 1387 год. Время Карла Безумного, который правил с 1380 по 1422. Относительно мирное время, если не считать, что недавно началась столетняя война. Но как известно, любые враги устают драться и делают передышку по нескольку лет. Время было относительно неголодное, никто не ел кошек и собак, тем более людей. Война напрямую еще не коснулась Парижа, а шла где-то далеко. Поговаривали, что несколько человек умерли от осознания того, что они долгое время ели, а точнее, предпочитали человечину на своих столах.

Улица Шануанесс существует и сейчас. Квартал, что прилегает к северному фасаду собора Парижской Богоматери пересекает, слегка изгибаясь длинная и узкая улица. В средние века она продолжалась далее за пределы современной улицы Арколь, через квартал, занимаемый сейчас новым госпителем Отель-Дье. Приблизительно на изгибе улицы вы найдете место, где стояли дома злодеев. Там сейчас государственное учреждение под флагом-триколором. Говорят, что в подвале этого здания сохранилась старая каменная кладка, на которой разделывались трупы. А сама кладка — это участок первой крепостной стены еще римских времен. Заплатами в этих стенах (в начале средних веков) стали старые могильные плиты, камни из терм и форума, которые к тому времени были уже руинами. Некоторые размещают события как раз на тот участок улицы, что исчез под госпиталем. Улица называлась Мармузэ.

Может быть…, теперь настоящее местоположение уже не так важно, разница в каких-то 200 метров. Важно, что у нас до сих пор мурашки по спине пробегают от этой истории.

Ресторан Au Lapin agile (у шустрого кролика)

22 rue des Saules: Метро линия 12 остановка Lamarck-Caulaincourt или пешком от соборного комплекса влево и вниз.

Скромный домик, кроме окраски ничем не привлекающий внимание, и тем не менее туристу стоит открыть калитку и зайти внутрь. К слову — входной билет как в знаменитое место или в музей стоит 24 евро, а там по усмотрению.

Au Lapin agile

Au Lapin agile

 

В 1860 году этот ресторанчик назывался «кабаре убийц» «cabaret des assassins », жаркий был квартал, видимо. Танцовщица канкана Адель Десер купила его и переименовала в «мою деревушку». В 1900 году некто Андре Жиль нарисовал вывеску в виде кролика, выпрыгивающего из кастрюли, это и стало названием ресторанчика «кролик Жиля» или «шустрый кролик». На французском это игра слов. Прилагательное agile означает шустрый, проворный, а принадлежность Жилю à Gill. Ну а произношение идентичное. Блюдо из кролика, приготовленное хозяином, было постоянным в меню.

В 1903 году дом был выкуплен Аристидом Брюаном и Фредериком Жераром и до самой первой мировой войны ресторанчик был пристанищем монмартской богемы. Его завсегдатаями были Ренуар, Ван Гог, Клемансо и сам Брюан. И тех и до сих пор в нем бывают знаменитости, все-таки это Монмартр.

Au Lapin agile

Au Lapin agile

До сегодняшнего дня заведение работает под руководством потомков Жерара. На прокопченых стенах висят рисунки, гравюры и портреты того времени, написанные знаменитыми теперь на весь мир художниками.

А вот подлинная история, связанная с кабаре « Шустрый кролик». Фредерик Жерар имел ослика по кличке Лоло. В начале века появилось новое течение в живописи, так называемый «авангард», над которым все подшучивали. Шутников артистической среде не занимать, и вот один из них, Ролан Доржелес, поставил холст позади осла, привязал к хвосту кисточку, обмакнул в одну краску, через некоторое время в другую… Так родилась картина, в которой можно было угадать нечто. Это теперь мы не удивляемся живописи гориллы, слона или улиток, а тогда это был «беспрецедентный случай». В 1910 году творение Лоло под названием «Закат на Адриатическом море» выставили на «Салоне Независимых» в зале юмористических произведений. Автором творения указан был некий генуэзец Боронали. Кто такой? Можно прочитать это имя как Алиборон. Опять вопрос – кто такой? А это просто осел, в переносном смысле – глупец, дурак, думающий о себе, как о специалисте во всех сферах. Полотно было продано за 400 франков, между прочим.

Вы можете посмотреть несколько видео (не моих, разумеется) снятых в этом ресторанчике. В одном из них читается рассказ (по-французски, конечно) именно об этой истории. Из него становится ясным, что бедный ослик-художник не выдержал с одной стороны свалившейся на него славы, с другой стороны скандала, ведь люди захватили искусство в свои руки и не дают животным высказать свою точку зрения. Он утонул, со слов Ролана Доржелес, это был суицид.

Ресторанчик находится прямо у подножия единственного виноградника в Париже. С собранного там винограда в подвалах мэрии XVIII округа делают вино. Продается оно на аукционах и выручка идет в муниципалитет. Так что любители вина могут облизнуться. Когда-то все склоны вокруг Парижа были покрыты виноградниками. Этот виноградник стоит на северном склоне, хотя обычно нужно садить на солнце. Этот участок был отвоеван у застройщиков, чтобы продлить винодельческие традиции, ну и между делом туристов привлечь. Местные парижские вина обладали легкими мочегонными свойствами и даже пелись куплеты по этому поводу: «Это вино Монмартра. Зальешь пинту – отольешь четыре…» конечно рифмованные. Я не обладаю поэтическим талантом, поэтому даже не буду пробовать переводить, тем более юмор.

виноградник на Монмартре

Спуск к кабаре

Вот мы и на месте!

Мост Менял — Pont au Change

Мост Менял
Pont au Change
Остановка Châtelet, линии № 4, 11, 14, остановка Cité, линия № 4.
Остановка Châtelet, скоростные линии RER A, B, D

Мост Менял Pont au Change

Мост Менял
Pont au Change


История, связанная с мостом Менял очень запутанная, как в именах, которыми он назывался, так и в местоположении. И необходимо правильно проследить этап за этапом его биографию, чтобы больше не теряться. Современный мост соединяет Дворец Правосудия ( Palais de Justice) и площадь Шатле (Châtelet).

Первый мост построен во второй половине X века при Карле Лысом. Именно он стоял перпендикулярно к берегу. В то время его называли Большим. Не стоит путать этот мост с тем, который теперь называется «Нотр-Дам», он тоже назывался «Большим» тогда, когда кроме него и «Малого» других мостов не существовало. Первый мост находился слегка ниже по течению, он был очень неудобен. Существуют разные версии возникновения мельничного моста. Одни говорят, что он был построен как одно целое сооружение. По другой версии (она подтверждается в летописных свидетельтвах, то есть более правдива) мост надстраивался постепенно. Один мельник построил арку с мельницей внизу и домишком сверху, затем другой пристроился сбоку и так далее, пока мост не коснулся противоположного берега у дворца. Он был низкий, каждую зиму во время наводнений, он подтапливался и по нему опасно было пересекать реку. Одновременно он перегораживал Сену, как плотина, и воде трудно было пробиться, а судам в это время вообще было нечего делать в черте города. Ко всему прочему, у него была отвратительная репутация, до такой степени, что девушка, прошедшая по мосту мельников, уже не считалась девушкой. Неудивительно, что очень быстро этот мост пришел в негодность.

В 1142 году Людовик VII построил выше по течению немного наискосок по отношению к берегу другой мост. Таким образом к концу XIII века от часовой башни, входящей в состав дворцового комплекса, на материк уходили два моста на манер буквы V– мост Менял был под углом к берегу, а мост Мельничный был, как и полагается, перпендикулярно. Проезд по мосту Н. Дам был таксирован монахами. Поэтому мост Менял и Мельничный быстро стали популярными, несмотря на то, что Мельничный мост был частным владением.

Мельничный мост был узким переходом с водяными мельницами в каждом пролете, кроме одного, через который проходили суда. Он не был предназначен для пешеходов и транспорта. Пролет над одной из арок, где проходили суда, был разводным. Именно под этой аркой принц, ставший потом Карлом V, сел в лодку, которая спасла его от бунта, руководимого Этьеном Марселем. Именно этот бунт охладил любовь монархов к Парижу и в частности к незащищенному дворцу на Сите в пользу Луары. Люди, которые помогли принцу сбежать, поплатились головами. Мельницы, стоявшие в других пролетах, сильно затрудняли судоходство и при наводнениях являлись основной причиной его крушений. Постепенно появился другой тип водяной мельницы. Лодку с колесами по обоим бортам привязывали к опоре и она болталась вниз по течению, не мешая при этом току воды, хотя приплывать и выбирать смолотую таким образом муку было хлопотнее, чем обычно.

На мосту Менял появились дома, в которых обосновались менялы, ювелиры и серебрянных дел мастера, за что мост и был прозван так. В то время различные корпорации ремесленников селились рядом, что порождало целые кварталы, занимающиеся одним ремеслом. Так образовались кварталы мясников вокруг современной башни святого Жака, красильщиков и кожевенников по берегам Бьевры, ювелиров на Сите и многие другие. Одна из набережных Сите носит имя «des Orfèvres», что и означает «ювелиров» В 1280 мосты были унесены наводнением. После того, как зимой 1295-1296 годов все три моста были унесены рекой, Филипп Красивый установил паромы. Доходы за пересечение реки отчасти финансировали восстановление мостов. В 1499 соседний мост Н. Дам обрушился и наши два моста стали основной связью острова и правобережья.

На протяжении последующих веков мосты несколько раз рушились при наводнениях, а именно в 1510, 1566 и 1616 годах. Хозяева, жившие на мосту Менял, не следили за его техническим состоянием до такой степени, что в 1510 году городские власти запретили по нему переходить реку. В конце концов в 1598 году мост мельников провалился, унеся с собой все, что на нем стояло. К 1610 году мост мельников был отстроен но опять в деревянном варианте архитектором Шарлем Маршаном за свои средства при условии прав на получения доходов от сдачи в наем построек. Мост Маршана был построен немного выше по течению и ближе к мосту Менял, что собственно и сыграло роковую роль. В 1621 году при сильнейшем пожаре мосты и мельников и менял сгорели. Вот как описывает это событие один из свидетелей: Пожар начался на мосту Маршана (ранее мельничный) на чердаке от опрокинутой свечи. За час половина моста выгорела, что вызвало панику в близлежащих кварталах. На обоих оконечностях моста была выставлена охрана, чтобы избежать дополнительных жертв. Пламя было таким мощным, что прихватило остроконечную крышу на часовой башне дворца и перекинулось на соседний мост менял, так как они были слишком близко друг к другу. Жители моста Менял, рискуя жизнью, выкидывали свое добро из окон. Представляете, меняла или ювелир это по сущности банкир по тем временам. Очевидец отмечает, что даже ниже уровня воды опоры моста продолжали выгорать. Ко всему прочему несколько домов на берегу все-таки сгорели. Жителям мостов была дана компенсация по шести тысяч ливр и их временно поселили на территории госпиталя Сан-Луи.

Впоследствии отстроили только один мост, как полагается перпендикулярно к течению реки. В ожидании окончательного варианта, мост был в дереве. Этот единственный мост и принял название Менял, так как все лавки, что ранее стояли на другом мосту, перекочевали на новый. Мост был построен в камне архитектором Жаком Андруе дю Серсо (он же автор Нового моста) во время Людовика XIII. И опять на полотне были построены дома.

Современный мост поставлен в 1860 году инженерами Романи и Водрей во время большой перестройки всего города. Его поставили перпендикулярно реке, чтобы напрямую соединить перспективу из Дворцового бульвара, новой площади Шатле и далее бульваров Севастопольского и Страссбургского.
Длина моста составляет 103 и ширина 30 метров. Состоит из 3 эллиптических арок по 32 м пролетом каждая. Он как и мост Св. Михаила, перекинутый на левый берег, украшен каменными балюстрадами и лавровыми венками с вензелями Наполеона III скульптора Каба.

Пон-Нёф (Новый мост) | Pont Neuf

Новый мост.
Le pont Neuf

Самый старый из существующих и самый популярный Новый мост. Его история удивительна. К середине XVI века в Париже было всего четыре моста – Малый мост, Мост Св. Михаила, Мост Нотр-Дам и Мост Менял. Постоянные пробки как для людей, так и для транспорта, мосты были загромождены домами и прилавками разных ремесленников — все это представляло серьезные препятствия для тех, кому нужно было просто перейти на другой берег. Часто какой-нибудь из мостов был закрыт на ремонт из-за полученных во время зимнего половодья повреждений. Впервые идея моста в этом месте была предложена Генрихом II. Но городской голова всячески отговорился и на двадцать лет все было забыто. Затем уже сам городской голова предложил Генриху III (последний из Валуа) построить новый мост, соединяющий берега города где-нибудь к западу от существующих мостов. Париж в эту эпоху расширялся именно в этом направлении — в предместье Сан-Жермен и вокруг Лувра. Королю идея понравилась. В 1577 году он устроил конкурс на проект нового моста. Его выиграл Батист Андруе дю Серсо, сын знаменитого Жака Андруе дю Серсо и основателя династии архитекторов. Финансирование было решено поддержать с помощью пошлины за провоз вина по реке и также засчет провинций.

Пон-Нёф (Новый мост) | Pont Neuf вид с Острова Ситэ

Пон-Нёф (Новый мост) | Pont Neuf вид с Острова Ситэ


Первый камень был заложен 31 мая 1578 года Екатериной Медичи, Генрихом III и его супругой королевой Луизой. Погода была дождливая и король тоже плакал. Накануне скончался после 33-х дневной агонии один из его миньонов Келюс. После такого начала мост прозвали мостом Плача. Строительство началось со стороны узкого рукава Сены с набережной августинцев. Король в траурной одежде пересек реку на пароме, заложил камень с выгравированными гербами короля, королевы-матери и Парижа. Кроме этого, в кладку он положил несколько серебряных монет. Затем король опять закрылся у себя в покоях, чтобы оплакивать друга.
Пон-Нёф (Новый мост) | Pont Neuf вид с Острова Ситэ

Пон-Нёф (Новый мост) | Pont Neuf вид с Острова Ситэ


Сделаем небольшое отступление в защиту миньонов. Этот термин появился давно, еще при Карле VIII. Никакой гомосексуальной подоплеки. Она появилась в середине XVI века, когда протестанты осудили на их взгляд легкомысленное поведение придворных. Это были самые близкие друзья и телохранители короля. Они несли практически круглосуточную службу, спали в смежной комнате, через которую нужно было пройти, чтобы добраться до короля, или даже в самой спальне. Естественно женитьба часто означала конец этой службе, так как невозможно было разрываться между королем и женой. Это были лучшие клинки королевства и самые доверенные люди, так как делили с королем все. Понятно было состояние Генриха в день закладки моста. Думаю, что многие читали или смотрели Графиню де Монсоро. Вообще, Дюма нельзя сильно верить, но в этой книге описана именно эта дуэль, после которой король потерял половину своих телохранителей. Только часть лействующих лиц в литературных целях была изменена. 27 апреля 1578 года возникла ссора между Келюсом и Ентрагом, все другие приняли участие в дуэли, скажем «за компанию». Ссора по нашим меркам «выеденного яйца не стоила» — из-за женщины сомнительной репутации. Все могло быть урегулировано мирным путем. Дуэль состоялась на месте, где сейчас находится площадь Vosges. Двое погибли на месте, один на следующий день, один остался инвалидом, один отделался царапинами. Келюс получил 19 ран и умер накануне закладки моста.
Пон-Нёф (Новый мост) | Pont Neuf вид в правого берега

Пон-Нёф (Новый мост) | Pont Neuf вид в правого берега


Идея не загромождать мост домами, в противоречие парижской традиции, принадлежит Андруэ дю Серсо, а не королю, как это часто пишется. Уже в следующем 1579 году было предложено расширить полотно чтобы поставить дома. Так появились прозванные «коровьми рогами» выступы. Из-за религиозных войн мост так и оставался в едва начатом виде до прихода на трон Генриха IV. Генрих III незадолго до гибели пересек полуготовую часть моста по деревянному настилу, словно знал, что не увидит его законченным.

Чтобы обеспечить прочную основу на оконечности острова, два маленьких островка с Сите. Один из островков печально известен, так как на нем сжигали евреев (он и назывался еврейским) и в 1314 году на нем же были сожжены руководители темплиеров (в сквере есть табличка, напоминающая нам об этом событии). Место было более, чем удобное, много народа могло наблюдать с противоположных берегов и опасность, что огонь перекинется на город, отсутствовала. Другой островок служил для выпаса и к нему крепилась баржа с мельницей.

Строительство было возобновлено в феврале 1598 года. Генрих IV упразднил помощь провинций в строительстве моста, так как справедливо считал, что мост парижский, пусть парижане и платят. Таким образом пошлина за провоз вина по Сене дала мосту новую кличку «мост пьяниц». Генрих IV был человеком импульсивным и не любил ждать. В 1601 году он поставил ультиматум строителям, что мечтает через три года видеть мост законченным. Он хотел ездить по нему верхом на охоту, а не болтаться на пароме. А когда к нему подошли с просьбой поставить дома, как на других мостах, он был категоричен. Пусть парижане любуются видами на набережные и на Лувр, а он из окон дворца будет любоваться на свой город. К тому же, что может видеть человек со стороны реки или берега, подняв голову в этим пресловутым домам на мосту – отхожие места, все выливалось непосредственно в Сену с довольно большой высоты. Не очень приятно. Король часто приходил на стройку, никого не предупреждая, так что руководители должны были быть всегда начеку. 20 июня 1603 года неуемный король смог перейти реку по доскам, перекинутым по аркам, а уже через полтора года верхом на лошади. С этого момента начались отделочные работы. Наконец 8 июля 1606 года мост был официально открыт. Брусчатка на нем появилась в 1624 году. Архитекторы – Гийом Маршан, Тибо Метезо, Франсуа дез Иль, Батист Андруе де Серсо.

Пон-Нёф (Новый мост) | Pont Neuf. Статуя Генриха IV

Пон-Нёф (Новый мост) | Pont Neuf. Статуя Генриха IV


Новый мост явился первым звеном в целой серии переустройства и облагораживания стрелки острова и противоположного Лувру берега. Новшество, из-за которого и получилось название, заключалось в том, что это был первый широкий и удобный мост без лавок, но с пешеходными тротуарами из камня, а не из дерева. Он сразу стал любимым местом отдыха парижан. Торговцам было разрешено устраиваться только в полукруглых выступах. На нем давались представления бродячими циркачами, назначались свидания влюбленными, а также и деловыми людьми. Бандиты с удовольствием опустошали карманы зевак, несмотря на то, что всегда где-нибудь поблизости находилась стража. Самая знаменитая банда руководилась Картушем (вспомните одноименный фильм с Кардинале и Бельмондо). Благодаря хорошему обзору в месте разделения реки на рукава стали организовываться водные представления и фейерверки. После трагической смерти короля его вдова Мария Медичи установила посреди моста напротив площади Дофина конную статую Генриха. Сама статуя лошади этого памятника была ей подарена на родине Флоренции. Сидящий не ней король был отлит здесь. Это была первая конная статуя в Париже. Современная статуя это копия расплавленного во время революции монумента. Она заслуживает отдельной истории, как и история площади Дофин.

На самой стрелке острова обустроен сквер Vert-Galant (Вечный повеса или Сердцеед). Это одно из многочисленных прозвищ любимого народом Генриха IV. Высота сквера над водой это природный уровень островов Сены.

Давайте перейдем к деталям. Первое, что бросается в глаза, это полукруглые выступы на уровне тротуаров. Они являются совершенно естественным продолжением быков моста и были задуманы с самого начала. Их использовали для мелких лавочек, так как парижане никак не могли принять, что мост служит только как связь двух берегов. Что касается «коровьих рогов», о них сказано раньше. Под каждым из кронштейнов расположена маска. Их 384 и они все разные, что само по себе является шедевром. И только одна женская – она расположена со стороны набережной Конти над третьей опорой моста. Автором их является знаменитый скульптор французского ренессанса Жермэн Пилон. Заканчивали работу другие мастера, так как он сам умер в 1590 году. Тонкая проработка сильно страдает от погодных условий и маски уже дважды меняли. Оригиналы хранятся в музеях Карнавале, Лувре и Клюни.

Пон-Нёф (Новый мост) | Pont Neuf вид в правого берега

Пон-Нёф (Новый мост) | Pont Neuf вид в правого берега


Во время второго ампира в 1848-1855 годах мост был значительно изменен – полукруглые арки были заменены на заниженные и карнизы с медальонами также изменены. Левобережная часть моста состоит из четырех арок, а правобережная из семи. Его общая длина 232 м и ширина 22. В месте соединения выступов с собственно полотном в 1854 году были поставлены металлические фонари архитектора Виктора Бальтара были. Ему принадлежит множество металлических структур в Париже, таких как павильоны Les Halles, которые были разобраны сорок лет назад, а также церковь св. Августина.

Говоря о Новом мосте, нельзя забывать о Самаритен, хотя она давно разобрана. В 1602 году Генрих IV приказал установить на мосту насосы, чтобы обеспечивать водой Лувр и Тюильри. Здание было поставлено на второй арке у правого берега и 3 октября 1608 года в Лувре появилась вода. В здании жил хранитель колонки, первым был сам ее создатель Лантлаер. В 1791 году Самаритен была приговорена к исчезновению в связи с крайней загрязненностью речной воды. После того, как в город стала поступать вода через канал Урк и бассейн Ла Виллетт, здание и сам насос были разобраны. Осталось только название, использованное для огромного магазина, что находится рядом, но о нем в другой раз.

А знаете ли вы, как появились номера на улицах Парижа?

А знаете ли вы, как появились номера на улицах Парижа?
До середины XIX века не существовало так нам знакомой и привычной нумеротации зданий. Первый опыт был на мосту Н. Дам, но он не был распространен на весь город. Возьмем средневековую улочку. Дома были узкие, так как налог взимался за протяженность фасада, выходящего на улицу. Все, что развивалось в глубь участка, никого не трогало. Обычно три окна выходили на улицу. Первый этаж занимали лавки и всякого сорта помещения, дающие доход хозяину. Выше шли уже жилые помещения, под крышей ютились обслуга, если она была, и подмастерья, если хозяин производил что-либо. Эта система просуществовала до самого последнего времени. Даже в самом богатом и престижном квартале проживали и знать и чернь. Цена за жилье назначалась по количеству преодолеваемых ступеней – второй и третий этаж (по-русски) считались благородными, а выше и в мансарде относительно дешевые для «простолюда». Каждая лавка, имела свой вымпел, вывеску или другой знак, указывающий на род деятельности обитателя. Если учитывать, что грамоту знали только те, кто учился в «университете» и то по-латыни, надписи и цифры на фасадах никому ничего не могли сказать. Адрес давался по описанию опознавательных знаков. По имени хозяина могли именоваться только дворянские особняки.

Нумерация домов в Париже

Нумерация домов в Париже


Некоторые улицы до сих пор сохранили имена по рисунку на угловых вывесках или по роду деятельности самого знаменитого из жителей. Возьмите улицу «Кота-рыболова» или «Сухого дерева». Понятно, что если коту взбредет в голову мочить лапы в Сене, он не пойдет на данную улицу. Деревьев, тем более сухих, вдоль средневековой парижской улочки нельзя было отыскать – это каменные джунгли для человека, а зеленые джунгли находились по другому адресу.

В XIX веке было принято решение нумеровать дома, но не как попало, а по определенной схеме, относительно местоположения ее к Сене. Улицы, перпендикулярные Сене начинали свои номера от реки и увеличивались по мере удаления от нее. С улицами, параллельными реке — другая история. Номера начинались с конца, расположенного выше по течению и увеличивались по развитию течения реки. А как быть с улицами, отходящими от реки под углом и кончающимися тоже под углом у набережной, скажем, или на излучине. Все просто, счет начинаеся у точки выше по течению и заканчивается ниже. Все вышесказанное можно легко проверить на практике. Древнейшая улица святого Жака начинается у Малого моста и там вы найдете № 1, номера растут на юг. Севастопольский бульвар начинается у моста Менял и фонтана, соответственно там №1. Таким образом номера растут на север. Школьная улица на левобережье, одна из самых длинных и номера растут с востока на запад, так как Сена в рамках города течет тоже с востока на запад.

Знать казалось бы такие мелочи очень важно. Нужно вам попасть на улицу Вожирар № 20 (напротив Люксембургского дворца). Вы выходите на станции Вожирар, думая, что вы у цели, ан нет. Эта улица самая-самая длинная и вы попадаете к номеру….240.Сколько времени вы рискуете потерять на то, чтобы добраться с пересадками, а их две, до нужного места?