Мост Сюлли — Pont de Sully

Мост Сюлли / Pont de Sully
Линия метро № 7 остановка Sully-Morland.

В истории Франции было два великих человека, носящих имя Сюлли. Первый был епископ, затеявший строительство собора Нотр-Дам и увековечивший этим свое имя. Второй – боевой товарищ и затем министр Генриха IV. Первый – католик, второй – протестант. Наш мост, изначально названный именем второго Сюлли, объединяющий два моста, объединяет и два этих персонажа, отдавших себя на служение своему государству.

В этом месте Сена разделяется на рукава. Южный рукав более широкий и традиционно судоходный, северный рукав более узкий, он использовался для разных целей в разные эпохи. Когда-то существовал еще один остров, называвшийся Лувье, но его еще более узкий рукав был засыпан в османновскую эпоху и теперь там проходит бульвар Морлан. Мост Сюлли состоит из двух автономных, которые соединяют левобережный бульвар св. Жермена, восточную оконечность острова св. Людовика и правобережный бульвар Генриха IV.

Мост был построен в 1873-1878 годах по рисункам инженеров Водрей и Бросслан. Мост составляет угол около 45° по отношению к берегу и к течению. Каждая из двух частей моста состоит из трех арок. Ширина моста 20м состоит из 11 чугунных ферм для каждой из арок. Интересное и мудрое решение – опоры моста поставлены по течению реки и каждая из ферм смещена параллельно по отношению к предыдущей, оставаясь под углом по отношению к опорам и береговой линии. В Париже всего два моста в чугунном исполнении – Сюлли и Двойной.

Как было сказано выше, левый (южный) рукав реки шире правого. Соответственно две части моста отличаются друг от друга. Арки левой части эллиптические, правой – полукруглые. Пролет средней арки левого моста составляет 49 и боковых по 46 метров, все они чугунные. Балюстрада, бегущая по верху всего моста также из литого чугуна. Арки правой части моста — соответственно 42 и 15 метров. Боковые арки малого моста сложены из камня и только средний пролет – чугунный. Мне всегда нравилось такое сочетание. Камень, это статичность и уверенность. Металл это стремление оторваться и стать независимым в полете хоть на мгновение. Посмотрите на кошку, ее группировку перед прыжком, сам элегантный полет и затем точное приземление. А потом, как ни в чем не бывало, пошла спокойно по своим делам. Не знаю, кому как, а мне приходит такое сравнение при виде подобных конструкций.

В том месте, где мост касается острова, на самой стрелке организован сквер Бари. Надо сказать что остров св. Людовика – это наверное самое непострадавшее от трансформаций XIX века и самое выдержанное в одном архитектурном стиле место в Париже, исключая именно участок, о котором идет речь. На этом месте стоял особняк XVII века времен общей застройки острова, принадлежавший Бретонвильеру. Особняк и сад во французском стиле были уничтожены в 1840г и уступили место современному мосту и скверу.

В одной из книг середины прошлого века, то есть 1957 года я наткнулась на цитату из Фенимора Купера, где он восхищается парижскими мостами. Надо будет найти эту книгу и почитать, причем сноски на книгу нет, видимо все было проще, чем сейчас, процитировал и дело с концом, никто не обидится. А пока, что бы не нарушать ничьих прав, просто свободное изложение. Он не устает говорить о парижских мостах. Они менее красивы, чем мосты Лондона, Флоренции, Дрездена или Бордо. Река, которую они пересекают незначительна. Но их количество, разнообразие и элегантность дают в общем картину, отличную от всех, какие писатель когда-либо видел.

Все набережные с их архитектурой от моста Сюлли до моста Йена (возле Эйфелевой башни) занесены в книгу мирового наследия UNESCO.

А что было на этом месте до моста Сюлли? В 1837 году были два подвесных пешеходных мостика, которые назывались Дамьетте (справа) и Константина (слева). Дамьетте была дублирована своеобразной дамбой, служившей городским дровяным складом, с проходом по верху. За ней прятали суда на время ледохода. Один из мостов имел опору на отдельном еще тогда острове Лувье. Во время кровавых событий 1848 года, Дамьетте была уничтожена. А у Константины заржавели кабли и мост сам развалился в 1872 году. Это был последний подвесной мост в городе. Оба эти имени женского рода и слово «passerelle», как характеризовались эти конструции тоже женского рода. Именно поэтому я и написала с соответствующими окончаниями. А до этих двух мостов не было ничего, так как серьезные дороги в этом месте появились лишь в середине XIX века.

Центральная мэрия Парижа — Hôtel de ville

Центральная мэрия Парижа — Hôtel de ville.

Одноименная остановка линий метро № 1, 11.

Отель де виль, мэрия, ратуша. Назовите это здание, как хотите, но главное то, что в нем решаются все жизненно важные вопросы по управлению такой махиной как Париж. Об этом здании написано очень много, так как здесь происходило множество важнейших событий в жизни города. Я, как и многие, конечно повторюсь, ведь не рассказав о них, значит утаить детали, которые решали судьбу не только Парижа, но и всей Франции.

Мост св. Людовика Pont de Saint Louis и Отель дё Виль

Мост св. Людовика
Pont de Saint Louis и Отель дё Виль

 

Мэрия Парижа - Hôtel de ville

Мэрия Парижа — Hôtel de ville

 

История Гревской площади уходит слишком глубоко, чтобы датировать и слишком завязана с самой мэрией, чтобы их разделять. Слово «grève» переводится как наше похоже однокоренное с ним слово «гравий», то есть мелкие камни, в которых не вязнешь как в песке и не достаточно крупные, чтобы свернуть ногу при неосторожном шаге. Площадь состояла из двух частей. Одна плоская, собственно площадь, где собирались люди ожидая случайную работу. Сюда каждое утро приходили работодатели и набирали бригаду на день. Интересно, что слово «забастовка» звучит по-французски « grève», именно отсюда пошла традиция  общих сборов для решения проблем между рабочими и работодателями.

Отель де виль и Гревская площадь

Вторая половина площади была идеальным пологим спуском к реке, который из покон веков использовался как место для разгрузки судов. Не будем забывать, что на гербе Парижа фигурирует корабль «nef». Кстати слово неф в церковном строительстве значит именно перевернутый вверх дном корпус лодки (однонефная церковь, центральный неф и так далее). Есть также термин «vaisseau» что означает также как корпус корабля и используется в строительстве.

Герб Парижа с королевскими лилиями на синем фоне и корабль на волнах Сены

Гревская площадь служила местом публичных казней и наказаний а также праздников и фейеверков по поводу побед, свадеб и рождений в королевской семье. Ко всему прочему это было единственное большое открытое пространство в сети узеньких улиц в средневековом городе.

Если посмотреть на старые планы Парижа, то станет ясно что «большое» это очень относительно. Площадь занимала примерно треть или четверть от нынешней.

В 1246 году Людовик святой создал первый орган городского управления, во главе которого стоял «голова» prevôt. Так как в Париже купеческие гильдии заправляли всеми делами и имели действительную власть, соответственно prevôt был в первую очередь купеческий голова. Париж всегда был двуглавым, в нем всегда существовала с одной стороны королевская власть и практически независимая от короля «народная» власть. Возможно отсюда вечное кипение, иногда булькающее где-то тихо в подвалах, иногда как кипящее молоко, выплескивая гнев и уничтожая объект ненависти. Королевская власть осуществлялась через полицейскую, военную структуру, базирующуюся в Шатле.

17 июля 1357 году купеческий голова Этьен Марсель, легендарная личность, которой будет посвящена отдельная страничка, купил за свои средства (за 2880 парижских ливр) Дом на колоннах, в котором стала заседать ассамблея горожан и торговцев, чтобы решать злободневные вопросы управления городом, торговые дела и решить суд. Слово «municipes».

Само здание состояло из двух похожих (одно из них уже принадлежало кузену Марселя), выходящих своими фасадами с треугольного вида верхней частью (щипец) на площадь. Сами дома были приподняты на резные колонны, чтобы защитить внутренние помещения от разливов реки. Отсюда и родилось название Дом на колоннах. Внутри было два дворика, две больших парадных залы, где и заседали правители города, часовня и небольшой городской арсенал на чердаке.
Король Франциск I построил новое более просторное здание вокруг и в 1589 году собственно Дом на колоннах был снесен. Он уже к тому моменту сам разваливался и внешне не отвечал возложенной на него функции.

Современное здание это именно постройка Франциска I, конечно намного расширеная в течении веков. Этот король был очарован итальянским ренессансом и именно он утвердил этот стиль во Франции. До него Карл VIII принес элементы ренессанса на Луару из Итальянских военных походов, но повсеместное рапространение принадлежит именно Франциску.

Строительство началось в 1533 году и закончилось в 1628. Планы здания были созданы итальянским архитектором Домиником Кортонским, которого французы прозвали Боккадором. Первоначально это было центральное двухэтажное здание, вытянутое вдоль площади и два квадратных в плане крыла по бокам. Согласно вкусам эпохи был организован внутренний двор. В таком виде мэрия просуществовала до правления Луи-Филиппа. Он в 1837 году с помощью архитекторов Годд и Лезьё расширил комплекс до нынешнего объема, сохраняя при этом общий стиль французского ренессанса. На данный момент мэрия занимает целый квартал. В нее можно зайти как в любое административное здание. С обратной стороны квартала на улице Лобо есть огромная зала для церемоний. Мне посчастливилось быть приглашенной на церемонию выдачи дипломов. Недалеко от входа в эту часть мэрии в центре залы между парадными лестницами строит конная статуя Карла Мартеля, основателя династии Каролингов, человека, остановившего нашествие арабов со стороны Пиренеев.

Прозвище Мартель произошло от глагола marteler (ковать, бить молотом), так как у Карла была тяжелая рука, когда дела шло о сарацинах.

Карл (Шарль) Мартель в вестибюле

Витражи на окнах, выходящих во двор, в небольших залах потолки кессоновые (несущая структура в виде шахматной доски) Скульптуры в междуоконных пространствах, в центральном зале зеркальная стена отражает окна. Потолок покрыт лепниной и живописью. Что меня напрягло, это наше присутствие. Несмотря на то, что по случаю все приоделись, но на фоне такого великолепия и шведский стол, и публика смотрелись слишком просто, только интерьер попортили.

Гербы корпораций шлифовальщиков драгоценных камней и ювелиров на витраже .

Вернемся к нашим овцам.

Трагедия случилась во время Парижской комунны. И опять по вине таких как мы, простолюдин, которые не в состоянии оценить и сохранить то, что когда-то было сделано простыми работягами. Ненависть как известно слепа и уничтожает все без разбора. Ведь не сам король своими холеными ручками вытесывал скульптуры, расписывал потолки или протягивал рельефы, а такие же нищие, вечно голодные и необразованные трудяги, как и сами коммунары. Хотя работа специализированных каменщиков и скульпторов оплачивалась лучше чем многие другие виды деятельности, они все равно оставались нищими и голодными. В 1871 году множество великолепных дворцов и памятников было разбито и сожжено. От мэрии остались черные руины. Сгорела библиотека из 100 тысяч томов, накопленная с XVI века. В ней были уникальные карты и планы, архивы рукописные, первые печатные книги и многое другое. Также пропала великолепная мебель, скульптуры. В парке Монсо находится колоннада, оставшаяся от пожара. После Парижской комунны монархия не была никогда восстановлена, так мы и живем при республике. Очень быстро, городское правительство пожалело о потере (нам эти сожаления также знакомы, не правда ли) и был организован конкурс на восстановление. Был утвержден проект архитекторов Баллю и Деперта. Внешнее убранство было полностью восстановлено согласно Боккадору, а интерьеры переработаны, но тоже в стиле. Всем известно, что восстановить что либо гораздо сложнее, чем сровнять с землей и построить заново. Были найдены гравюры, рисунки и описания, которые и явились основой для ювелирной работы реставраторов. И 30 июня 1882 года новая старая мэрия открылась.

Одна из лестниц

Праздничный зал, окнами выходящий на улицу Лубо

Просто декор одной из арок

Скульптура зборщицы винограда в междуоконном пространстве

Если вы подойдете поближе (издалека это просто скульптуры), то в каждой из ниш этажа центрального павильона вы найдете статуи знаменитых поэтов, писателей, ученых, правителей: всех тех, кто отдал свой талант на процветание своей страны. Между прочим, в Лувре по периметру Наполеоновского (где пирамида) двора также вы увидите и прочтете с детства знакомые имена Ришелье, Людовика, Генриха, Лавуазье, Сюлли и других.

В самом центре на уровне крыши можно видеть богато украшенный фронтон с часами, по бокам часов стоят статуи Работы и Образования, рядом полулежа расположены Сена и Марна, две парижских реки. Над часами находится статуя, которая символизирует город Париж. Французское слово город «ville» женского рода, поэтому все скульптуры такого типа представлены в виде женщин.

На самом коньке Боккадоровского павильона установлены шесть бронзовых статуй военных XV века. И как вертикальное завершение любой мэрии прямо по центру стоит обзорная башенка, ранее с колоколом, не знаю, как сейчас.

Конная статуя городского головы Этьена Марселя.

Между набережной и южным фасадом отгорожен сквер, в котором установлена конная статуя Этьена Марселя. На этом фасаде можно видеть статуи, олицетворяющие науку, историю, искусство. Здесь использованы три канонических ордера – ионический с закрученными волютами, коринфский с корзиной акантовых листьев (сорняк между прочим) и более скромный дорический.